Н. К. ВЕРЖБИЦКОМУ
26 января 1925 г. Батум
Милый Коля! Ради революции, не обижайся на меня,[1] голубарь! Погода дьявольская, в комнате так холодно, что я даже карандаш не в состоянии держать.
Стихи пишу только в голове, а так бросить пару слов считал уж очень никчемным делом.[1-2]
Как живешь? Читаю твой роман.[2] Мне он оч<ень> нравится по стилю, нравится и многим другим. «Тифлисская быль»,[3] по-моему, очень протокольна. Это походит на стихи, которые пишутся на случай. Рассказ о кенаре и совчиновнике[4] прекрасен.
В Константинополь я думал так съездить, просто ради балагурства. Не выйдет — жалеть не буду,[5] а вообще начинаю немного собираться обратно. На пути заеду.[6]
Жоржик мне прислал замечательное письмо, где пишет, что он, прочитав мои стихи, зарезал трех петухов. Описывает все прелести вашей жизни вплоть до черного хлеба.[7] «Хлеб чорний, чорний, 15 фунтов». Передай ему, что недели через две приеду.
Как Зося? Кукушкин мне рассказывал, как она танцевала лезгинку и как злополучному Косте были опять разбиты очки. (Он уехал?)
Я здесь еще один раз познакомился со 2-м районом милиции.[8] Завел новый роман,[9] а женщину с кошкой не вижу второй месяц. Послал ее к черту. Да и вообще с женитьбой я просто дурака валял.[10] Я в эти оглобли не коренник. Лучше так, сбоку, пристяжным. И простору больше, и хомут не трет, и кнут реже достает.
Пиши Гале. Она прислала тебе привет.[11] Ей легко устроить через Вардина этот расск<аз>, кот<орый> был напечатан в «З<аре> В<остока>», только перепиши на машинке. Вырезкой не шли.[12]
Из Москвы мне пишут, что там серо́, скучно и безвыпивочно.[13] Да, вышла моя книга. Будь добр, скажи Вирапу, чтоб он прислал мне авторские.[14] Сейчас заканчиваю писать оч<ень> большую поэму.[15] Приеду, почитаю. Лёва тебе кланяется, доктор тоже. Сейчас отправляюсь на вокзал провожать доктора в Москву.[16] После зайду в «Монако» и выпью за твое и Зосино здоровье.
Целую тебя в губы, а ее в руку.
Жоржику привет.
Любящий тебя
С. Есенин.
26/1. 25, Батум.
Примечания
198. Н. К. Вержбицкому. 26 января 1925 г. — публикация: Есенин 5 (1962), с. 197—198.
Печатается по автографу (Государственный литературный музей Российской Федерации).
Ответ адресата неизвестен.
[1] ...не обижайся на меня ~ [1-2] так бросить пару слов считал ~ никчемным делом. — Ср. с обещанием в письме 194: «Более подробное письмо пришлю на днях».
[2] Читаю твой роман — Это произведение стало печататься в газ. «Заря Востока» с 1 янв. 1925 г. под заголовком «Два и один: Фантастический роман в 2-х частях, Н. К. В-цкого» в виде отдельных главок небольшого размера. Каждая из них помещалась примерно в центре последней газетной полосы, остальную площадь которой занимали объявления. Ко времени написания комментируемого письма Есенин мог прочесть десять первых главок романа (газ. «Заря Востока», 1925, 1, 3, 4, 5, 13, 16—18, 20 и 25 янв., №№ 768—771, 777, 780—783, 787). Его печатание было прервано на главке XXV (газ. «Заря Востока», 1925, 17 февр., № 806), как раз накануне возвращения Есенина из Батума в Тифлис (см. ниже).
[3] «Тифлисская быль»... — Речь идет о рассказе Вержбицкого «Двуглавый орел: (Тифлисская быль)» (газ. «Заря Востока», 1925, 11 янв., № 776; подпись: Ник. В-кий). Впоследствии, сняв подзаголовок, автор включил это сочинение в свою книгу «Тифлисские рассказы» ([Тифлис, 1926], с. 83—86).
[4] Рассказ о кенаре и совчиновнике... — Рассказ «Всяк сверчок...» (газ. «Заря Востока», 1925, 7 янв., № 772).
[5] В Константинополь ~ жалеть не буду — Однако еще за неделю до этого (20 янв.) Есенин писал Бениславской, что ему будут нужны деньги «на предмет поездки в Персию или Константинополь» (письмо 197). См. также письмо 213 от 8 апр. 1925 г.
[6] ...начинаю ~ собираться обратно. На пути заеду — Возвращаясь в Москву, Есенин остановился на несколько дней в Тифлисе, куда он приехал из Батума не позднее 18 февр. (его тифлисский инскрипт Ю. А. Тетруевой датирован 19 февр. — Н. Г. Юсов. «С добротой и щедротами духа...»: Дарственные надписи Сергея Есенина, с. 202).
[7] Жоржик мне прислал ~ письмо ~ до черного хлеба — Речь идет о следующих местах из письма Г. С. Назарова от 19 янв.: «Ты написал пра питухов стихи, мне очин понравилась. Дарагая Сирёжа, я убил 3 шт. питухов, когда предиш, будиш спакойна спат, питухи не будут тебе безпакойит. ‹...› Татя Зося купил харошую печку, очень тепло, устроили хароший сталовая, купили ковры, прижай к нам ‹...› Я и дадя Коля будим с табой все время сидет и гулят. ‹...› Ты прасил хлеб. Купили для тебе чорний-чорний хлеб, 15 ф. Прижай, прижай» (Письма, 267—268; с сохранением орфографии подлинника).
Стихи, о которых здесь упоминается, — это строки из есенинской «Метели»:
«Я не люблю
Распевы петуха
И говорю,
Что если был бы в силе,
То всем бы петухам Я выдрал потроха, Чтобы ониНочьми не голосили»
(газ. «Заря Востока», 1925, 4 янв., №).
[8] Я здесь еще один раз познакомился со 2-м районом милиции — Из слов «еще один раз» явствует, что первое «знакомство» Есенина с этим учреждением произошло, по-видимому, еще в те дни дек. 1924 г., когда Вержбицкий был в Батуме вместе с поэтом. Причины как первого, так и второго приводов Есенина в батумскую милицию неизвестны.
[9] Завел новый роман... — Это единственное (хотя и безымянное) упоминание в письмах поэта о его отношениях с Ш. Н. Тальян, имя которой (Шаганэ), не раз встречающееся в цикле «Персидские мотивы», получило в этих стихах некий собирательный смысл.
[10] ...женщину с кошкой не вижу второй месяц. ~ с женитьбой я просто дурака валял — Речь идет об О. Кобцовой (miss Olli). Подробнее см. письмо 194 и коммент. к нему.
[11] Пиши Гале. Она прислала тебе привет — В известных ныне письмах Г. А. Бениславской Есенину нет слов привета Вержбицкому, упомянутых здесь.
[12] Устроить через Вардина ~ вырезкой не шли — Речь идет, скорее всего, о рассказе Вержбицкого «Всяк сверчок...». Отослал ли автор этот рассказ в журн. «Красная новь», — неизвестно.
[13] Из Москвы мне пишут, что там серо́, скучно и безвыпивочно — «Только в Москву не надо приезжать сейчас, скука там, болото, сплетни, слухи. И зима», — указывала Бениславская 27 дек. 1924 г. (Письма, 263). «О Москве мне писать нечего, — вторила Е. А. Есенина в письме брату от 30 дек., — т. к. Галя тебе писала обо всем. Скажу только, что в Москве страшно холодно и у всех такое безденежье, что хоть вешайся» (Письма, 265).
[14] ...вышла моя книга ~ авторские — «Страна советская»; не исключено, что к тому моменту Есенин уже получил письмо Вирапа от 24 янв., где сообщалось о выходе книги (Письма, 271). Впрочем, об этом событии упоминалось уже 20 янв. (письмо 197).
[15] Сейчас заканчиваю писать оч‹ень› большую поэму — «Анна Снегина».
[16] Сейчас отправляюсь на вокзал провожать доктора в Москву. — См. также письмо 199, которое М. С. Тарасенко получил от Л. И. Повицкого и Есенина для передачи адресату. |